Сайт афоризмов, крылатых фраз, выражений, анекдотов







08 Июл 13  IV. Дети Сионские

 Доег бен Иосиф остался в детском возрасте сиротою без отца. Мать его ежедневно взвешивала его и по прибавлявшемуся весу жертвовала золото в храм. Во время осады она, мучимая голодом, заколола его и съела. О ней говорил в плаче своем Иеремия:

 «Взгляни, Господь, над кем подобное совершил Ты,
 Чтоб ели женщины свой плод,
 Детей, взлелеянных с любовью?»

 И, вторя пророку, восклицал Дух Святой:

 «Чтоб в храме Божьем пали
 Убитыми священник и пророк!»

 (Иома., 34)

 На одном корабле везли четырехсот пленных детей, мальчиков и девочек, предназначенных для гаремов. Сообразив, куда их везут, дети рассуждали между собою: «Если бы мы утонули в море, мы удостоились бы жизни вечной за гробом?» Более взрослый из них стал разъяснять им: «Господь сказал: «От Васана возвращу, возвращу из глубины морской». «От Васана» – из пасти львиной [108 — Игра слов: Mibaschan – miben schen.], «из глубины морской» – утонувших в море». Услыша слова эти, девочки бросились через борт и утонули. Видя это, мальчики сказали: «Если девочки, для которых попадать в гаремы есть явление обыкновенное, поступили так, то нам тем более следует сделать это». И также бросились в море.
 (Гит., 57)

 Сын и дочь раби Измаила бен Елиша попали в плен, он – к одному римлянину, она – к другому. По прошествии времени оба эти римлянина разговорились при встрече.
 – Имеется у меня раб, – сказал один, – красивее которого не найдется никого на свете.
 – А у меня, – сказал другой, – есть рабыня такой красоты, что равной ей не сыскать во всем мире.
 И порешили римляне поженить раба на рабыне и детьми, которые родятся от них, делиться между собою. Ввели обоих пленных и оставили их в одной комнате. Забившись в разные углы, сидели они, оплакивая судьбу свою.
 – Мне, – говорил юноша, – священнику, потомку первосвященников, взять в жены рабыню!
 – Мне, – причитывала девушка, – дочери первосвященников, сделаться женою раба!
 Всю ночь провели они в слезах. При свете зари они узнали друг друга. С воплями кинулись они друг другу в объятия и рыдали до тех пор, пока отлетели души их.
 (Там же, 58)

 Дочь первосвященника, Цафнаф бат Пениил, женщина редкой красоты, попала в плен. После проведенной с нею ночи полонивший ее римлянин надел на нее семь туник и вывел для продажи на рынок. Явился покупатель, человек крайне безобразного вида, и стал требовать, чтобы римлянин сначала дал ему взглянуть на красоту рабыни.
 – Нечего тебе, негодный ты человек, глядеть; говорю тебе, что другой такой красавицы на свете нет.
 – А все-таки покажи, – настаивал тот.
 Начала Цафнаф снимать с себя туники; шесть сняла, а последнюю разодрала она на себе, бросилась на землю и вывалялась в прахе.
 – Владыка мира! – вопила она. – Если нас не пощадил Ты, святости имени великого Твоего зачем не щадишь Ты?
 И о ней плакал Иеремия, говоря:

 «О, дочь народа моего!
 Во вретище ты облекись, и в пепле
 Валяйся, и оплакивай себя,
 Как плачут о единственном ребенке:
 Придет на нас внезапно истребитель».

 Не сказано «на тебя», но «на нас», т. е. – на меня, Господа, и на тебя, народ, пришел истребитель.
 (Там же)

 Одним иноземцем взята была в плен девушка-израильтянка. Девушка жила у него в доме и занималась хозяйством. Однажды был ему в сновидении голос: «Отпусти девушку эту из дома своего». Воспротивилась этому жена его. И снова был ему во сне голос: «Если ты не отпустишь ее, я убью тебя». Встал он и отпустил ее на свободу. Сам же пошел вслед за ней, говоря: «Пойду, посмотрю, что станется с нею». В дороге девушка почувствовала жажду и спустилась к источнику напиться. В ту минуту, когда она оперлась рукою на ограду у источника, ужалила ее змея, и она умерла и упала в воду. Видевший это иноземец извлек ее из воды, унес и похоронил. Придя домой, он сказал жене:
 – Народ этот, как видишь, воистину обречен на гибель гневом Отца Небесного.
 (Аб. д. Haт., 17)

 Когда Накдимон бен Горион выходил из дому в бет-гамидраш, вся дорога устилалась перед ним шелковыми тканями, и бедные шли за ним и забирали себе эти ткани.
 Когда он умер, дочери его назначено было из наследства четыреста золотых ежедневно на благовонные вещества.
 – Дочерям вашим желаю не более этого! – сказала она, недовольная назначенной суммой.
 Невестке Накдимона назначено было двести саа вина на один приварок в неделю. И она тоже осталась недовольной.
 Говорил р. Елазар бен Садок:
 – Дай Господь так же мне увидеть народ наш в благоденствии, как видел я дочь Накдимона бен Гориона, подбирающей в Ако ячменные зерна из-под копыт лошадиных.
 Выезжал из Иерусалима, верхом на осле, р. Иоханан бен Заккай, и шли за ним ученики его. По дороге встретилась ему молодая женщина, которая подбирала ячменные зерна из помета арабских стад. Увидя приближающегося р. Иоханана, женщина закрыла себе лицо волосами и, приблизившись к нему, проговорила:
 – Учитель! Дай мне на пропитание.
 – Кто ты, дочь моя? – спросил р. Иоханан.
 Женщина не отвечала.
 – Дочь моя, скажи – кто ты? – повторил р. Иоханан.
 – Я дочь Накдимона бен Гориона.
 – Куда же девалось богатство твоего отца?
 – Учитель! Недаром говорится: «Денег впрок не засолишь».
 – А богатство свекра твоего?
 – Пошло туда же. А помнишь ли, учитель, как ты свидетелем на брачном договоре моем подписался?
 – Помню, – сказал р. Иоханан, обращаясь к ученикам, – в подписанном мною брачном договоре говорилось, что она получает тысячу тысяч золотых динариев из имущества отца, кроме приданого со стороны свекра.
 Заплакал р. Иоханан бен Заккай, и так сказал он:
 – Благо тебе, Израиль, когда ты следуешь заветам Господа, – нет тогда ни народа, ни племени, властных над тобою. Когда же ты идешь против воли Господа, Он подчиняет тебя ничтожному народу, и не только людям, но и скоту народа этого.
 (Кет., 65—67; Аб. д. Haт.)

Оставить комментарий